Реклама
» » «Мы должны помочь ученым, чтобы они могли помогать людям»

«Мы должны помочь ученым, чтобы они могли помогать людям»

«Мы должны помочь ученым, чтобы они могли помогать людям» - девиз Императорского фонда исследования онкологических заболеваний, который соблюдается не только на словах, но и на деле. В этом году Фондом был организован конкурс среди врачей-онкологов, главным призом которого была поездка в США на стажировку в Swedish Medical Center, крупнейший медицинский центр Сиэттла. Финалистами стали врач-хирург Иван Гринев и врач-химиотерапевт Инна Авраменко. Пройдя двухнедельную стажировку и получив ценный международный опыт, специалисты вернулись в Россию и поделились с нами своими впечатлениями.
Иван: Основная цель нашей поездки – изучить систему здравоохранения другой страны, узнать, как функционируют отделения. Мы были очень рады, что получили возможность посетить США, для нас это первая подобная поездка. Сначала немного смущал долгий перелет, ведь нужно было 3 часа лететь до Франкфурта, затем ждать четырехчасовую пересадку, а потом вновь лететь 9 часов до Сиэттла. Но все перенеслось гораздо легче, чем мы думали, полет прошел просто замечательно. Интересно чувствовалась смена часовых поясов – мы улетели утром и прилетели тоже утром в тот же самый день.
В аэропорту нас уже встречала русская семья Софии и Сергея Шинкаревых, которая приютила нас на время стажировки. Мы жили в их доме в своих комнатах. Все было очень душевно, по-семейному. Нам было очень комфортно там находиться.

Расскажите подробнее о стажировке. Какие преимущества есть в медицине США, каких нет в нашей стране?

Инна: Первое, что мы отметили, это то, что в США вся медицина амбулаторная. Если у нас пациенты длительное время находятся в больнице после хирургического вмешательства, то в США они не могут себе этого позволить, потому что пребывание в стационаре стоит больших денег. Они уходят домой на следующий день даже после сложных операций. Там все работающее население проходит лечение за счет своей медицинской страховки, но она покрывает не все. Это плюс, ведь если пациент доплачивает сам, он понимает, что визиты в медицинские учреждения должны быть обоснованными.
Иван: Дело не только в экономических преимуществах. В больнице есть своя микрофлора, и чем раньше пациент выписывается из стационара, тем меньше он контактирует с ней, тем быстрее он выздоравливает.

К кому тогда обращается пациент при осложнениях после химиотерапии, если вся медицина амбулаторная?

Иван: Если возникает экстренный случай, то пациент вызывает скорую помощь. В противном случае американцы обращаются к семейному доктору, к которому человек записывается, приходит к назначенному времени и задает интересующие вопросы.
Инна: Врач, конечно, информирует больного, какая химиотерапия планируется, какой режим, какой цикл, какие обследования, какие ожидаются негативные явления и как с ними бороться. Но встречаются они с ним не раз в две недели как мы, а раз в месяц. Это уменьшает работу с различной документацией - консультативными заключениями, выписными эпикризами. Доктору нужно думать только о том, как грамотно и квалифицированно оказывать медицинскую помощь,

Можно ли использовать этот опыт США в российских реалиях?

Иван: В целом изменения должны начинаться на уровне государства, а не в отдельно взятом учреждении. У нас в стране, как и в Америке, тоже есть стандарты, которых нужно придерживаться, но у нашего доктора нет времени, чтобы думать о каждом больном в отдельности, как у врачей США. Но мы можем использовать какие-то практические навыки при оказании медицинской помощи пациентам. Я подсмотрел некоторые хирургические мелочи и уже использую их в работе. Например, несколько иное наложение косметического шва при проведении операций.
Инна: Открыв для себя американский опыт, я поняла, что нам нужно активнее развивать направление пластической хирургии. Например, после удаления молочной железы в США считается вполне естественным подвергаться одномоментной или отложенной пластике и реконструкции. Женщина после таких процедур может чувствовать себя полноценно, для нее это очень важно. У нас в стране пластика проводится в ограниченном количестве и требует больших финансовых затрат.

Такие процедуры проводятся в Swedish Medical Center?

Инна: Swedish Medical Center – центр, который охватывает весь жизненный цикл человека – он включает в себя отделения педиатрии, акушерства и гинекологии, трансплантации органов и костного мозга, реабилитации. У нас тоже существует отделение реабилитации, но в американском центре совсем другой подход. Специалисты занимаются не только, скажем, массажем, они разрабатывают индивидуальную систему питания, физической нагрузки, осуществляют психологическую поддержку и так далее. И что меня порадовало особо, у них предусмотрены специальные курсы для женщин, посвященные тому, как сохранить красоту после химиотерапии – как правильно наносить макияж, как выбирать парик.
Иван: А мне запомнилась процедура, которая называется биопсия сигнальных лимфотических узлов. Сейчас поясню, что это такое. Самый большой объем операций на молочную железу – ее удаление, а также удаление лимфотических узлов из подмышечной области. Доказано, что у большого количества больных при адекватной диагностике и программах раннего выявления рака, когда рак находится на 1 или 2 стадии, вероятность поражения лимфотических узлов подмышечной ямки очень низкая. Если сделать биопсию, грубо говоря, диагностику сигнального лимфотического узла, то можно выявить те узлы, куда первыми попадают возможные метостазы. Если в первом, во втором, в третьем узлах нет метостаз, то нет смысла убирать все узлы. Потому что полное удаление всех лимфотических узлов приводит к оттеку нижних конечностей, изменению чувствительности и подвижности в плечевом суставе.

Что показалось самым важным и полезным для вас в американском опыте?

Иван: Самой полезной оказалась самая простая мысль. Мы задали вопрос специалистам, кто принимает решение о тактике ведения лечения. Ведь у нас как – мы совещаемся с коллегами и решаем, что больной будет лечиться тем способом, который кажется самым эффективным на наш взгляд. А в США все варианты обсуждаются не только между врачами, но и с пациентом, и он уже решает, как ему лечиться. Жизнь в руках самого пациента, врачи лишь говорят про процент рецидива и прогрессирования заболевания. Врач советует, но не обязывает. У нас идея такая же – пациент информируется. Но иногда он не знает, какие варианты есть в целом. Мы пока только стремимся к индивидуализации.
Инна: У нас тоже много программ по развитию различных медицинских направлений. Но сложность состоит в ином менталитет и отсутствии необходимого технического оснащения. Мне очень понравилось отношение к сотрудникам. У американских коллег в операционной висит плакат, как себя разгрузить во время и после операций, играет приятная музыка, осуществляется полноценное кондиционирование для комфорта врачей. Хирург, конечно же, никуда не уходит во время операции, но ассистенты и сестры меняются, ведь вероятность ошибок у отдохнувшего человека меньше. И еще особую благодарность хочется выразить всем специалистам, с которыми нам выпала честь сотрудничать. При изучении вопроса лечения рака молочной железы, с нами занималась руководитель онкологического направления Кристина Ли. Мы были рады сотрудничать с доктором Томасом Брауном, клиническим онкологом, ведущим большие международные проекты. Что порадовало особо - несмотря на руководящие должности это люди очень простые и открытые к диалогу и сотрудничеству.

«Мы должны помочь ученым, чтобы они могли помогать людям» «Мы должны помочь ученым, чтобы они могли помогать людям»
19-12-2016, 11:38
1639 просмотров